05.09.2016

«РосСолнце» и «РосВетер» – пора задуматься о создании двух новых госкорпораций

Как заменить северный завоз возобновляемой энергетикой.

Идея создания в Восточной Сибири безуглеродной зоны нуждается в дальнейшей разработке и детальном обсуждении, заявил на этой неделе вице-премьер – полпред президента РФ в ДФО Юрий Трутнев.  Так он отреагировал на публикацию в газете «Коммерсант», в которой говорилось о том, что идея превращения Восточной Сибири в безуглеродную зону закрыта и снята с обсуждения, и в правительстве больше не будут обсуждать планы «декарбонизации» или ввода углеродных платежей. Идею в свое время высказал именно Трутнев, предложив ввести углеродный налог или создание углеродного рынка в регионе, использование налоговых льгот и субсидий (в том числе на применение наилучших доступных технологий), развитие возобновляемых источников энергии и рост лесопосадок. Тем более что Россия в декабре подписала Парижское соглашение по климату, которое придет на смену Киотскому протоколу. Безуглеродное будущее Восточной Сибири раскритиковали противники Парижского климатического соглашения, в том числе Институт проблем естественных монополий, но особенно – крупные угольные компании и теплоэнергетики. В интернете даже был создан проект «Право на уголь», губернатор Кузбасса Аман Тулеев активно говорил, что не позволит загубить угольную отрасль. А аналитики сыпали цифрами, доказывающими, что введение углеродного налога – прямой путь к деградации российской экономики. Впрочем, в рамках работы по ратификации Парижского соглашения будут разработаны меры стимулирования перехода на низкоуглеродные технологии в России в целом, а не только в Восточной Сибири. Специалисты также считают, что на данном этапе нужно не воевать с угольщиками, голос которых пока явно звучит громче, а сосредоточится на разработке стратегии низкоуглеродного развития всей России. В среде экологов, впрочем, есть и более радикальные предложения. Одним из них с EastRussia поделился российский координатор экологической коалиции «Реки без границ» Александр Колотов. – На днях правительство окончательно положило на полку проект создания первой в России «безуглеродной зоны» на территории Восточной Сибири. К этому факту даже экологи отнеслись по-разному: одни уверены в том, что отказ от создания безуглеродной зоны – это отступление от принципов недавнего Парижского климатического соглашения, другие радуются тому, что проект замены сибирских ТЭЦ на новые ГЭС и АЭС все-таки не состоялся. Но означает ли отказ от «безуглеродной» Восточной Сибири похороны самой концепции безуглеродной зоны? Надеюсь, что нет. В качестве пилотного региона я бы предложил взять любую территорию северного завоза – например, Эвенкию или Якутию. Ежегодно с материка туда идет колоссальное количество дизтоплива и угля для выработки электроэнергии. Заместить эти объемы возобновляемыми источниками энергии (ВИЭ), превратить северные территории в безуглеродные (или низкоуглеродные) зоны – задача вполне реальная и большей частью политическая, нежели технологическая. Потенциал возобновляемых источников энергии на Крайнем Севере огромен. Экономическая целесообразность также не оставляет сомнений – за счет экономии топлива от северного завоза солнечные и ветровые станции окупаются в среднем за десять лет. Но где очередь из инвесторов, готовых вкладываться в ВИЭ на территориях северного завоза? Ее нет. В той же Якутии солнечные электростанции строит своя родная компания «Сахаэнерго», и до сих пор они проходят по разряду «экспериментальных». Запланированная компанией «Норд Гидро» малая ГЭС в Эвенкии так и остается пока прожектом на бумаге, а про строительство востребованных там ветровых электростанций вообще не идет и речи. Причин сложившегося печального состояния дел с развитием ВИЭ на Крайнем Севере множество. Здесь и крайняя недостаточность государственной поддержки, и мощное сопротивление со стороны поставщиков ГСМ для северного завоза и местных генерирующих компаний. Но любопытно и то, что в числе тех, кому выгодно поддержание существующего статус-кво с северным завозом и фактическим отказом от развития ВИЭ, — ровно те же самые компании, которые получали бы наибольшую выгоду при превращении Восточной Сибири в «безуглеродную зону». Компания «РусГидро», например, планирует до 2020 года масштабное освоение гидропотенциала рек Якутии: строительство новой Канкунской ГЭС на 1000 МВт плюс расширение Светлинской ГЭС на 90 МВт. А в госкорпорации «Росатом» разрабатывают специальный ядерный реактор малой мощности (от 1 до 300 Мвт) для арктических условий – явная замена ВИЭ для территорий Крайнего Севера. Принятая буквально на днях новая схема территориального планирования Российской Федерации в области энергетики также идет вразрез с мировыми тенденциями. К примеру, за три года мощность мировой ветроэнергетики выросла на 52% и в 2015 году вдвое превысила мощность всех электростанций России. А в новой российской схеме терпланирования мощность всех запланированных ветроэлектростанций сократилась с 6,06 ГВт в 2013 году до 4,6 ГВТ в 2016. Но с ветровой энергетикой еще, можно сказать, повезло. Солнечной энергетики в новой правительственной схеме нет вообще.  Вывод прост: если мы хотим в сложившейся ситуации создать «безуглеродную зону» на территориях северного завоза, то нам нужен в первую очередь мощный лоббистский потенциал, не уступающий по своей силе потенциалу лоббистов из «РусГидро», «Росатома» и северных генерирующих компаний. Но кто сейчас имеет такой потенциал? Впору задуматься о создании двух новых госкорпораций – «РосСолнце» и «РосВетер». Если в сегодняшней России конкурентная борьба переместилась с рыночной площади в коридоры власти – так давайте дадим шанс возобновляемым источникам энергии и там постоять за себя. Иначе монополию традиционной «завозной» и неэффективной северной энергетики не сломать ничем.

EastRussia